Press "Enter" to skip to content

Это юность моя, это дружба моя, с ним так много дорог я прошёл…

29 октября исполнилось 100 лет со дня создания комсомола. Всесоюзный Ленинский Коммунистический Союз Молодёжи (ВЛКСМ) – таким его знали те, чья молодость пришлась на вторую половину XX века. На многих он оказал заметное влияние. А для кого-то стал судьбой. Мы взяли интервью у трёх кольчугинцев, чья жизнь была тесно переплетена с комсомолом. С каждым беседовали отдельно, но вопросы получались похожие, и ответы перекликаются между собой. Поэтому мы решили все интервью объединить в одно, как будто собеседники собрались вместе.

Итак, представляем наших собеседников. Юрий Вадимович ВИНОГРАДОВ – начальник МКУ «Управление гражданской защиты Кольчугинского района»; Виктор Юрьевич АНИКИН – начальник Кольчугинского ДРСУ, филиала ГУП «ДСУ-3»; Юрий Анатольевич ЧЕРЕПАНОВ – заведующий организационным отделом Совета народных депутатов г. Кольчугино.

Юрий Вадимович Виноградов:

– Мои родители были родом из Владимирской области. Папа – суздальский, мама – судогодская. А ещё они были активными комсомольцами. И в 1959 году по комсомольской путёвке отправились на строительство железной дороги «Абакан –Тайшет». Вот пока их строительный поезд двигался по бескрайним просторам Южной Сибири, я и родился. Случилось это в городе Ачинске Красноярского края. Так что с комсомолом я связан с рождения. Правда, после этого события родителям пришлось вернуться во Владимирскую область.
Учился я в школе пос. Андреево Судогодского района. Там в 1975 году вступил в ВЛКСМ. После 8 класса уехал в Суздаль, поступил в техникум на техника-механика по автомобилям и тракторам. Сначала стал секретарём комсомольской ячейки в группе, а потом – членом комитета комсомола техникума.

Дальше была армия. Я сразу попал в комсомольское бюро роты, стал отличником боевой и политической подготовки, кандидатом в члены КПСС. Заканчивал службу, будучи секретарём комитета комсомола роты.

После армии вернулся домой… в Кольчугино. Пока служил, семья переехала сюда из-за работы отца. Когда пришёл вставать на учёт в горком партии, первый секретарь горкома ВЛКСМ Владимир Иванович Хромов предложил поработать в комсомоле. Так и пошло: инструктор горкома комсомола, заместитель секретаря комитета комсомола завода имени Серго Орджоникидзе, а в 1985-1987 годах – секретарь заводского комитета комсомола. На этом моя комсомольская деятельность закончилась. Я перешёл на работу в партию.

 

 Виктор Юрьевич Аникин:

– Я вообще-то родился в Юрьев-Польском районе, но прожил там всего 20 дней. Семья переехала в Кольчугино. Учился в школе №5. Там и вступил в комсомол. Старшие классы заканчивал в только что построенной школе №1.

Уже в школьные годы был комсомольским активистом. После поступил во Владимирский политехнический институт на механико-технологический факультет. Здесь занимался в основном не комсомольской, а профсоюзной работой. Был членом профкома института. На 4-м курсе вступил в партию.

После института – 3 года практики на заводе «Центролит» в городе Кашира Московской области. Дорос там от механика автоматической линии до начальника производства. Но тянуло на малую Родину. В 1986 году вернулся в Кольчугино. Сразу пригласили работать в горком комсомола вторым секретарём. Мне тогда было 26 лет. Через два года стал первым секретарём. Там и работал до 1992 года, когда меня пригласили в горисполком (так тогда называлась администрация) на должность председателя вновь созданного комитета по управлению имуществом.

 

Юрий Анатольевич Черепанов:

– Я родом из Казахстана, города Талды-Курган. Там учился. В 10-м классе вступил в ВЛКСМ. После школы поехал поступать в институт в Красноярск. На втором курсе в 1982 году меня выдвинули в комитет комсомола факультета.

Закончил институт в 1985 году и, как новоиспечённый инженер по автоматизации металлургического производства, был распределён в Кольчугино на завод имени Серго Орджоникидзе.

Работал в цехе №15 (ЦЛАМ). Секретарём первичной комсомольской организации там был Геннадий Васильевич Дюкарев. Он сразу начал подтягивать меня к комсомольским делам. Где-то в середине 1986 года директор завода М.И. Тёмкин предложил ему возглавить совет молодых специалистов завода. И меня выбрали на место Геннадия Васильевича секретарём первички.

Работал около полугода, в конце 1986-го перешёл в цех №4а в Забелино. Цех только что построили, завезли новое чешское оборудование с большим количеством электроники. Работы было очень много. На какое-то время даже выпал из общественной жизни. И вдруг меня вызывает секретарь парткома Иван Никитович Фоломин и говорит: «Есть предложение Вам перейти на партийную работу в комитет комсомола завода. Можете подумать до утра. С директором завода всё согласовано». Общественная жизнь мне была интересна. А дважды такие предложения не делают. Я согласился. Так с конца 1987 года по 1992 год я был на заводе Орджоникидзе секретарём комитета комсомола с правами райкома.

А в горкоме в это время первым секретарём была Вера Борисовна Ярмова. Потом её сменил Виктор Юрьевич Аникин. В 1992 году он перешёл в администрацию города. В том же году я был избран первым секретарём горкома комсомола. Но это уже было на излёте советской власти. Страна разрушалась, и партия тоже. В горкоме я проработал недолго, т.к. действующий тогда глава администрации города Владимир Антонович Астафьев пригласил меня на должность своего заместителя по социальным вопросам. Мне тогда было 30 лет. Я согласился. В горкоме ВЛКСМ меня сменила Анна Александровна Мильчакова. Она и стала последним первым секретарём, сдавала дела в архив.

– Какими вам вспоминаются комсомольские годы?

В.Ю. Аникин:

– Это были прекрасные годы активной и плодотворной работы. Мы проводили огромное количество мероприятий. Причём, многие были красивыми, сильными, запоминающимися. Дни призывника, конкурсы молодёжной и комсомольской песни. Помню, как мы стали проводить соревнования по триатлону. Такой интерес к спорту был! А мы ещё «подогрели» его розыгрышем лотереи. Когда молодой парень выиграл в такую лотерею мотоцикл «Иж» –это было сенсацией!
На самом деле комсомол никогда не был формальной организацией. Ведь недаром ВЛКСМ был награждён шестью орденами. И это были не просто юбилейные ордена, а награды за особые заслуги перед Родиной. Участие в войнах, восстановление хозяйства, освоение Целины и ударные стройки.

Ю.В. Виноградов:

– Комсомол был той организацией, которая нас всё-таки объединяла. Она ставила главной своей задачей работу с молодёжью. Понятно, что существовавшая тогда структура государства использовала эту организацию в своих целях: вела через неё пропаганду своей идеологии, готовила кадры для своих структур. Наиболее подвижной и активной частью общества всегда являлась молодёжь. И в своё время было принято правильное решение о том, что с молодёжью надо заниматься отдельно и по-особому. Отсутствие такой работы сегодня – это серьёзная недоработка нынешних властей. Недаром пару недель назад руководитель администрации Президента РФ Сергей Кириенко вспомнил о высоком качестве системы подготовки управляющих кадров в Советском Союзе. Тогда случайный человек не мог попасть на высокую должность и принимать непродуманные управленческие решения. А кузницей кадров как раз был ВЛКСМ.

Ю.А. Черепанов:

– Сейчас многие вещи оцениваются с точки зрения материальной выгоды. Но в то время мы на многое смотрели иначе. Комсомол во многом строился на энтузиазме. Особенно низовое звено. Однако в итоге практически все ребята, кто возглавлял первички, сегодня нашли себя в жизни и являются достойными людьми. И эта общественная работа очень помогла им. Она расширяла кругозор, давала знания. И в первую очередь – возможность пообщаться с людьми разного уровня, разных профессий. Это дорогого стоит. И ещё комсомольская работа очень многообразна. Тем, кто был в стороне от неё, не всегда понимал её смысл. Но он прост. Это организация молодых людей на какие-то действия, нужные обществу. И при этом в ходе этих действий шла подготовка управленческих кадров, как сегодня модно говорить, лидеров. На тебя смотрели люди, которые расставляли кадры. Они давали какие-то поручения, оценивали результаты, как у тебя получается эта работа, порою учили, как нужно что-то делать. Комсомол – это большая жизненная школа.

Ю.В. Виноградов:

– Много людей прошло школу инструктора горкома комсомола. Это тоже низовое звено. Оно заставляло расширять кругозор, учило человека умению находить подход к людям, разговорить аудиторию, уметь убедить, настроить людей и как-то добиться того, зачем ты сюда пришёл. Естественно, получалось это не у всех. Но у кого получалось, тот поднимался выше. И это совсем не обязательно была партийная работа. Многие шли на управление предприятиями и учреждениями. Даже на примере нашего города можно увидеть, что старшее поколение (Н.Г. Кузнецова, Г.А. Кириллова, Л.А. Минкина, В.Б. Ярмова, Ю.П. Ковяров, Г.С. Шустров, В.Н. Кудинов и многие другие) прошло комсомольскую школу, стали руководителями предприятий, учреждений, нашли себя в бизнесе. Сейчас в управлении уже много людей, не связанных с работой в комсомоле. Им на самом деле было сложнее, потому что пришлось пробиваться самим. Инициативная молодёжь всегда пробьётся. Но с поддержкой и обучением это было и легче, и более эффективно.

В.Ю. Аникин:

– Благодаря комсомолу у партии был всегда настоящий кадровый резерв. Не как сейчас – списки каких-то людей, а постоянное наличие нескольких вариантов замены на любую должность.

Вам лично комсомол что дал?

В.Ю. Аникин:

– Комсомол – это школа жизни. Самое главное, что он дал – навык общения и работы с людьми, умение разбираться в людях. Мне это было необходимо везде, в том числе 10 лет в должности главы Собинского района.

Ю.В. Виноградов:

– Как-то в 1983 году мы возвращались с пленума обкома комсомола. Человек 30 кольчугинских комсомольцев. Это была суббота. Нашу делегацию возглавлял Борис Гаврилов, второй секретарь райкома. Пленум был обычный, скучный, но возвращались мы весёлой душевной компанией. Даже в Кольчугине расставаться не хотелось. Тогда Борис сказал: «А пойдёмте теперь все вместе на танцы в ДК!». И мы пошли всей толпой. А там, в ДК, я пригласил на танец одну комсомолку. Она тоже ездила на пленум. Мы только что в автобусе с нею познакомились. После танцев я проводил девушку домой. Дня через 3-4 навестил её там, куда проводил. А потом всё закрутилось, завертелось… И теперь уже 35 лет она моя жена, у нас двое детей. И, наверное, это моя комсомольская судьба.

Ю.А. Черепанов:

– Я уже говорил: в первую очередь – знакомство с самыми разными людьми. И общение. Мне, например, повезло работать с директором завода М.И. Тёмкиным. Люди такого масштаба уникальны. Я много раз общался с ним лично, в том числе уже после того, как он ушел на заслуженный отдых. Пытался даже перенять какие-то приёмы в работе.

Или вот Л.А. Минкина. Мы тесно общались с нею, когда она работала в горкоме партии. А потом она долгие годы возглавляла отдел культуры городской администрации. Умнейший, начитанный и порядочный человек, прекрасный организатор. Таких людей, воспитанных на этических, нравственных основах  сегодня не хватает.

 Можете вспомнить о каких-то комсомольских делах, в которых вы участвовали, и которыми до сих пор можно гордиться?

Ю.В. Виноградов:

–  Мы же не только  комсомольские собрания проводили, лекции и политчасы устраивали. Было много практических дел. Создавались ударные комсомольско-молодёжные бригады. Вместе с В.И. Ребровым, возглавлявшим тогда отдел кадров завода, каждое лето мы занимались шефской помощью сельхозпредприятиям. Комплектовали и отправляли отряды на поддержку селян.

А ещё сейчас вспоминается инициатива Елены Сапуновой. Она тогда работала в отделе главного энергетика. Недавно приехала в наш город из Москвы, имела какие-то связи в столичных театральных кругах. И вот предложила что-то сделать для культурного развития наших ребят. Так возникла идея возить заводских комсомольцев в Московские театры. Трудно было с транспортом, но М.И. Тёмкин действительно был замечательным руководителем. Почти всегда поддерживал молодёжные инициативы. Он просто приказал выделять автобус. И наши активисты с этого времени каждый месяц ездили на представление в один из московских театров. А потом нам отдали кафе «Калинка» под устройство молодёжного клуба. И мы каждые две недели проводили там тематические вечера отдыха для молодёжи. Всё это сплачивало и объединяло нас.

В.Ю. Аникин:

– МЖК (молодёжные жилищные кооперативы) – прообраз нынешней программы обеспечения молодых семей жильём. Начиналось это всё в те годы. Юра Черепанов с заводскими ребятами были инициаторами… И, конечно, фонтан в центре города! Это та ещё эпопея была. Но ведь здорово же тогда получилось!

Ю.А. Черепанов:

– В то время началось движение МЖК. В области всего две территории смогли пробить это дело. Кажется, во Владимире строили пару домов и в Муроме – 1. Я долго пытался убедить директора и партком на заводе, что нам очень нужно как-то подтянуть ребят к этому делу. Хотя бы домик построить, чтобы ребята видели, что есть другие варианты получить квартиру. Очереди-то на жильё были длинными, а молодые находились где-то в хвосте этих очередей. И ещё МЖК давали возможность поддержать кадрами наш УКС (Управление капитального строительства). В общем, директор сдался. Отдал нам строительство малосемейки (152 квартиры) на «Аэродроме». Сейчас это дом №7 по ул. Шмелева. Все из ребят, кто работал на нем,  получили квартиры. И многие, кстати, остались работать в УКСе.

А ещё помню, как мы создавали молодёжное предприятие. Правительство тогда разрешило комсомолу организовывать свои предприятия. В нашей области первыми, по-моему, стали ковровчане. Они получили очень мощную поддержку, гремели на всех углах. А что могли сделать мы? Начальником цеха №7 тогда был В.П. Лукашев. У них была самая большая комсомольская первичка на заводе. Он-то и предложил нам создать молодёжное предприятие на «картонажке». Это участок цеха, где делали картонную тару для посуды. Заказов было много, цех с ними не справлялся. Но если создать молодёжное предприятие, которое будет брать в определённое время в аренду оборудование вместе со специалистами? И заказов будет выполнено больше, и у работников будет возможность дополнительно заработать, и комитет комсомола получит процент от этого хорошего дела. Был создан молодёжный центр, и постепенно дело наладилось. Пошли отчисления в комитет комсомола. И тут к нам пришёл директор детского дома Ю.А. Чернухин. Сообщил, что его ребятишки едут на Чёрное море и попросил помочь в финансировании этой поездки. Как откажешь? Собрали комитет, Юрия Андреевича пригласили. Он рассказал о том, как важна эта поездка для детей. И мы, конечно, поездку профинансировали.  Потом он ещё не раз обращался к нам, и мы практически всегда положительно решали эти вопросы.

А теперь поделитесь самым ярким воспоминанием от комсомольской работы.

В.Ю. Аникин:

– В начале 1990 года мне предложили перейти на должность заведующего орготделом в обкоме комсомола. Я все собеседования прошёл, в том числе в обкоме партии. Всё было одобрено свыше. Но потом я вернулся в Кольчугино. По плану работы пришлось побывать в ряде первичных организаций, в том числе в совхозе Воронежский. Я тогда поглядел на ребят, с которыми работал, и понял, что не хочу с ними расставаться. Вот оно – моё. Здесь я – на месте. И я отказался от переезда во Владимир. И в принципе об этом решении ни разу не пожалел, потому что работал с замечательными ребятами – это Валера Герасимов, Ирина Кириллова, Елена Саленкова, Ирина Захарова, Сергей Екимов, Надя Балыкова, Таня Коробова, Света Швед… Всех не перечислить. Кого не назвал – простите, но я тоже рад, что посчастливилось с вами работать.

Ю.А. Черепанов:

– Меня избрали в заводской комитет комсомола в конце 1987 года, а весной 1988-го на заводе проходила партконференция. Мне было предложено на ней выступить в духе времени… с критикой (перестройка же!). Я подготовил выступление, согласовал его основные моменты со старшими товарищами из горкома КПСС. Полагал, что палку не перегибаю. Выступил, покритиковал… но на мою беду на конференцию  приехал первый секретарь обкома партии Р.С. Бобовиков. И моя речь его очень сильно задела. Практически большую часть своего выступления он посвятил мне. И всё это время он тщательно размазывал меня на глазах 700 участников конференции. А я сидел в кругу старших товарищей, и после каждого нового высказывания Бобовикова у меня возникала мысль: «Всё. Конец. Жизнь закончена. Завтра положу партийный билет…». А старшие товарищи посмеивались: «Ничего. Ничего страшного, тренируйся». И потом довольно долго многие коммунисты, встречая меня в заводских цехах, шутили: «Ну, чего, дорогой? Ты ещё жив? Не переживай, это же полезно!» Только гораздо позже я понял: человек пришёл на конференцию. Он мог сказать какие-то традиционные для данного события слова. Но тут я сам подставился и дал ему возможность красиво отыграть выступление. Получилось живо, свежо, эффектно…

А ещё мне запомнился момент, когда запускали свето-музыкальный фонтан в парке напротив здания милиции. Кстати, строительство фонтана было инициативой совета молодых специалистов завода, а проектировал его Г.В. Дюкарев. Мы очень хотели запустить фонтан 1 мая. Но чувствовали, что не успеваем. И тут нас вызывает директор завода и говорит (по-отечески): «Ребята! Несмотря на все проблемы, сделайте всё возможное, чтобы, когда наша заводская колонна подойдёт к зданию милиции, фонтан полностью заработал». И вот 1 мая, все люди идут на демонстрацию. Празднично одетые. А мы накануне до полуночи мучились с работой электронного блока управления фонтаном, не идет и всё. С утра пораньше продолжили,  но когда голова заводской колонны только-только поравнялась со зданием милиции, у нас всё сложилось. Заиграла музыка, засветились огни, фонтан забил вверх на полную! Вокруг тысячи людей собрались на это посмотреть. А мы довольные, перемазанные , в робах сидим на краю фонтана…  Это незабываемо. А после праздников нас вызывает М.И. Тёмкин, жмёт руки и говорит: «Спасибо, ребята. Не подвели». Это дорогого стоит.

Ю.В. Виноградов:

– Мне тоже этот момент запомнился. Струи бьют вверх столбами, шарики светятся, музыка играет. Но минут через 10 всё прекращает работать. И тут Геннадий Васильевич Дюкарев выдаёт одну фразу: «Да… слишком мощный насос я для него выбрал. Воды не хватает». Так его, кажется, на полную мощность и не запускали, но он всё равно всем нравился.

А ещё мне вспоминается 1983 год. Форум юных интернационалистов. В ДК в течение всего дня выступали делегации, приехавшие из всех союзных республик. Масштабнейшее мероприятие! Делегации располагались на балконе, зрители – в зале, выступления – на сцене. Для связи сцены с балконом мы взяли в милиции две рации. Один человек стоял у сцены и передавал, кто будет дальше выступать. А тот, что на балконе, это сообщение принимал и отправлял к сцене очередную делегацию. И так весь день. Часов 12 они там пели и плясали. И всё это время приходилось стоять с рацией и ждать очередного вызова. Как вы уже догадались, человеком с рацией на балконе был я.

Тогда, в конце 80-х, мне казалось, что у комсомола, в отличие от партии, есть шанс встроиться в новую жизнь. Работа с молодёжью действительно нужна любому государству, а идеология… В конце концов честность, порядочность и любовь к Родине никто в 90-е годы официально не отменял. Но комсомол выжить не смог. Как думаете, почему?

Ю.А. Черепанов:

– Я думаю, каждый, кто имел к этому отношение, жалеет, что комсомола больше нет. И сейчас, по прошествии времени, когда люди поняли, что именно из той жизни было потеряно, полагаю, большая часть нормального населения бывшего Советского Союза жалеет. А мы очень многое потеряли в социальном плане. Были очень мощные социальные гарантии и права. Сегодня этого нет. И надо признать, что это серьёзная проблема. А комсомол в прежнем виде не мог выжить в новом обществе хотя бы потому, что он Ленинский и Коммунистический, а в то время, как сегодня говорят, это было не в тренде.

Ю.В. Виноградов:

– Вы что думаете: макулатура и металлолом нужны были государству? Нет, конечно. Но наверху прекрасно понимали, что для детей нужно полезное для страны общее дело, которое сплотит и научить организовываться. Так ведь Н.С. Михалков говорил? А ведь большие стройки, большие достижения сплачивают всю страну. Например, Крымский мост: строился просто как госзаказ коммерческими фирмами, но ведь даже им вся страна гордится! Вот и комсомол тоже сплачивал нас всех, всю страну. Но новая власть увидела в нём лишь молодёжное отделение партии и отказала в поддержке. Помните? Один римский сенатор говорил: «Карфаген должен быть разрушен». Вот его и разрушили. С водой выплеснули ребёнка, который мог принести большую пользу государству. Потеряли инструмент для воспитания молодёжи и организации её на нужные государству дела, а заодно и школу подготовки управленческих кадров.

В.Ю. Аникин:

– А я считаю, что комсомол не умер. Он просто раздробился на части. Сегодня живёт и работает множество движений и организаций, которые фактически выполняют ту или иную функцию комсомола. Жаль, конечно, что нет единого центра, что прервана почти вековая традиция. Обидно, что часть молодёжи вообще не охвачена какой-либо организацией. Но это всё – не повод опускать руки. Это поле огромной работы.

В общем, как в песне поётся:

надо верить, любить беззаветно,

видеть солнце порой предрассветной,

только так можно счастье найти!

Спасибо за интересную беседу. И со столетием комсомола вас!

Интервью  А. Герасимов, газета “Голос кольчугинца” №79 от 31.10.2018

 

 

Читайте нас в социальных сетях

Напишите первый коментаторий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *